Чужие звёзды

Пролог. Сессия 1.

Adventure log by Leeder.

В архив генерального штаба командования Международной Космической Программы.
Дневник штатного психолога борта “Семя одуванчика” Ивана Фомина.

14 августа 2073 года.

До планового начала торможения оставался один день, когда от командира экипажа поступило распоряжение всем собраться в кают-компании. Когда все собрались, Йохан Шривастава озвучил поступившие с Земли сведения.
18 июня один из астероидов семейства Паллады внезапно резко изменил свою траекторию и с постоянным ускорением полетел куда-то прочь от Солнца. Через три недели, 7 июля точно так же поступил второй астероид из того же семейства. А в начале августа – третий. Расчёты показали, что трактории движения всех трёх астероидов пересекаются в одной точке, где-то на полпути к Юпитеру. Экстраполируя по точкам “старта” всех трёх астероидов-беглецов, астрономы наметили предполагаемых кандидатов на 4 и 5 запуск. Нам поступило распоряжение сменить курс и направляться к пятому астероиду, дабы наблюдать за процедурой “запуска” в непосредственной близи. И, по возможности, вступить в контакт с пришельцами, ежели таковые будут.
Изменения курса были внесены, и “Семя одуванчика” устремилось к новой цели.

1 сентября 2073 года.

Сегодня я проводил плановую психологическую диагностику членов экипажа. В ходе наших бесед с экипажем я интересовался их мнением о перспективах встречи с инопланетянами. Миссис Скайлайн и мистер Сорингер отреагировали прагматично, однако мистер Ньюман и мистер Ким держались весьма агрессивно. Я поделился своими наблюдениями с командиром, и он поручил мне ближе к моменту подлёта к пятому астероиду извлечь из оружейного шкафчика тазер и быть готовым применить его при первых же признаках схода обоих бывших военных с катушек.

4 сентября 2073 года.

Четвёртый астероид изменил свою траекторию. Быстрее, чем мы предполагали. Дай-то Бог нам успеть к пятому. Правда, на две недели раньше нас (через пару недель) там будет пролетать наш передовой спутник. Возможно, он передаст нам какие-нибудь фотографии.

17 сентября 2073 года.

Это свершилось. Первый контакт!
Во-первых, всё началось с того, что наш спутник достиг пятого астероида. Сенсоры не обнаружили поблизости ничего странного, и мы уже собирались отпустить спутник в дальнейшее плавание, пока у кого-то из экипажа не возникла идея попросить его передать снимки космоса вокруг астероида в высоком разрешении. И именно изучая эти снимки Ким воскликнул, ткнув пальцем куда-то в тёмный край: “Смотрите, тут что-то есть!”
И действительно, маленькое пятнышко, едва заметное при максимальном увеличении, всего в один или два пикселя… но это был неопознанный объект. И он двигался – на разных снимках он находился в разном положении. И находился он за нами. Так что мы отпустили бедный спутник и продолжили изучение объекта с аппаратуры “Семени”.
Неопознанный объект двигался весьма странно: он увеличивал свою скорость ступенчато, скачками, при этом увеличиваясь в объёме. До него было весьма прилично, но для радиосвязи это не помеха, так что установив местонахождение объекта, мы встали перед проблемой установления контакта. Оказалось, что среди шести членов полётного экипажа и тысячи спящих специалистов не было ни одного специалиста по лингвистике. Так уж оказалось, что мой университетский курс лингвистики был одним из самых продвинутых, и командир Шривастава поручил установление контакта именно мне.
В тот самый университетский курс, к сожалению, никакие модели поведения при Первом контакте не входили, а с Земли никаких толковых советов не поступало, так что мне пришлось импровизировать. Мы послали амплитудно модулированный двоичный радиосигнал, и неопознанный объект ответил. При этом он почти мгновенно погасил свою гигантскую скорость, прекратив движение с такими перегрузками, которых бы не вынес ни один органический, простите, организм. Мы обменялись несколькими радиосигналами, и и когда они нас не понимали, они отвечали эхом нашего сигнала, а когда понимали… какова же была моя радость, когда эти неведомые существа продлили геометрическую прогрессию двойки!
Тем не менее, много на языке чистой математики не наговоришь, и как раз когда у нас стали заканчиваться идеи, с чужого корабля пришёл радиосигнал. Это был фрагмент какого-то перехваченного послания с земного космического корабля. Он называл свои позывные. Тогда я взял микрофон и ответил чужаку нашими позывными. Увы, они никак на это не отреагировали… однако через некоторое время от них пришло ещё одно сообщение, и снова фрагмент радиопереговоров. Похоже, это была команда из командного центра какому-то грузовому шаттлу сменить курс. Не успели мы сообразить, что к чему, как чужой корабль узконаправленным радиолучом “ткнул” в пятый астероид, а потом – в нас. “Семя” по моей команде повторило манипуляции: сначала послало сигнал в сторону астероида, а потом в сторону неопознанного до сих пор корабля. И, расценив последние действия чужаков как приглашение поболтать, мы вновь полетели в сторону астероида. Инопланетяне тронулись с места и полетели за нами.
Да, наверное, не так представляли наши земные начальники этот Первый контакт, однако же он состоялся, и мы надеемся через пару недель, достигнув (название астероида), познакомиться поближе. Пока же нам предстоит долгий полёт, во время которого мы будем продолжать общение.

20 сентября 2073 года.

“Химики”. Так я нарёк наших инопланетных собеседников. Дело в том, что они, похоже, воспринимают мир через призму физико-химических (преимущественно химических) реакций. Указывая на астероид, они пересылают нам гигантский массив данных, в котором, поломав голову, мы узнали химический состав. После того, как они по нашей просьбе указали составы нескольких астероидов, нас и Земли, мы смогли приступить к дешифровке их обозначения элементов периодической таблицы. К этому времени моя голова от непривычной и дьявольски сложной работы начала пухнуть, и если бы не бодрящие пилюли мощнейшего ментального стимулятора, которыми меня начала кормить доктор Скайлайн, то я бы не осилил эту работу. Однако с помощью нашего ограниченного ИИ ВиЛи, наркотиков и скудных познаний в лингвистике и химии, я сумел добыть ключ к общению с Химиками. После этого я ушёл спать, но чтобы там наш доктор мне не дала, спать это мне не позволило.
Так что я вернулся к работе. Что примечательно, химики отлично знают, что мы принадлежим к водно-углеродной форме жизни, но сами они, похоже, состоят из каких-то соединений ртути.

25 сентября 2073 года.

Со всеми этими треволнениями у меня не так много времени, чтобы заниматься своей непосредственной работой – следить за психологическим здоровьем экипажа. Могу только отметить, что поначалу все были возбуждены перспективами, но через пару дней возбуждение вполне ожидаемо схлынуло. Меня пока беспокоит только Патрик Ньюман. Похоже, он прошёл через череду травмирующих событий, и ему тяжело ощущать своё бессилие. Химики, оказывается, умеют манипулировать гравитацией, швыряя гигантские астероиды с непостижимой силой, раскручивая их вокруг искусственно создаваемой материи с огромной массой. Против такого мы не сможем противопоставить ничего. Патрик пока что держится, но я рекомендовал ему заняться полезным делом. Похоже, он воспринял совет всерьёз, и что-то там конструирует. Надеюсь, он не разобрал на запчасти наш запасной реактор…

2 октября 2073 года.

Мы достигли астероида. Погасив скорость, мы висим на некотором расстоянии от этого космического булыжника, и Химики заняли такое положение, что мы втроём – Семя, корабль Химиков и астероид – располагаемся в вершинах равностороннего треугольника. На таком расстоянии мы уже можем хорошенько рассмотреть и проанализировать наших гостей. Похоже, это большой шар из ртути (или соединий ртути – наши приборы не в силах определить точнее), так что для облегчения классификации мы присвоили их кораблю название Объект “Ртуть”.
В лингвистической области у нас не такие большие успехи, как хотелось бы. Мы можем оперировать химико-физическими процессами и химическим составом объектов, или же “тыкать” их радиоимпульсами. Мы пытаемся узнать у них, зачем они тут и как они перемещаются в такой необычной и технически продвинутой манере, но они довольно часто не понимают нам, отвечая эхом, или не желают делиться своими секретами, употребляя излюбленный термин “физико-химическая реакция”. У меня возникает ощущение, что мы с ними общаемся на языке, в котором нет существительных, полно прилагательных и всего один глагол. Надо бы заняться усовершенствованием словаря.
А тем временем Патрик и Ким предложили чудовищную идею – попросить Химиков о личном рандеву на поверхности астероида. И, что самое противное, эта идея нравится мне всё больше и больше с каждым часом.

Comments

Круто :) ++1 тебе в замкнутом цикле :).

Пролог. Сессия 1.
Leeder

I'm sorry, but we no longer support this web browser. Please upgrade your browser or install Chrome or Firefox to enjoy the full functionality of this site.